Следственный комитет 27 июля сообщил о трагедии в Речицком районе: от удара током погибли двое рабочих. Мужчины перевешивали сейсмический кабель через автодорогу М10 и задели металлическим оборудованием линию электропередачи (ЛЭП). «Флагшток» разобрал ситуацию вместе с источником, знакомым с проведением сейсморазведочных работ в Гомельской области.
В результате инцидента двое рабочих погибли на месте от удара током, еще один был госпитализирован, но, как стало известно изданию, 28 июля умер в больнице. Мужчины были работниками «Белоруснефти».
По предварительным данным, инцидент произошел в момент перевешивания геофизического кабеля — стандартной операции при проведении наземной сейсморазведки. Работы велись в составе бригады управления по проведению сейсморазведочных работ (УПСР), которая обеспечивала высокоплотную съемку на местности. Следователи привлекли к работе специалистов УГКСЭ по Гомельской области и Департамента государственной инспекции труда.
Как пишет «Флагшток», вероятно, работники не посмотрели вверх и зацепили ЛЭП. При этом держались за вешку двое — она тяжелая, металлическая, обычно ее ставят втроем, поэтому погибших могло быть трое.
Опасная рутина: как устроена сейсморазведка
Во время сейсморазведочных работ геофизический кабель тянется на десятки километров и пересекает дороги, поля, лесные массивы, частную застройку. При высокоплотной съемке линии наблюдения могут располагаться каждые 200 метров.
Традиционно много внимания уделяется местам пересечения с автомобильными дорогами. Там кабель должен проходить не по земле, а над проезжей частью — его натягивают на временные вешки. Кроме того, через участки сейсморазведки может перемещаться спецтехника нефтяников и лесников. Даже без специального разрешения на маршрутах могут работать машины до 4 метров высотой, а значит — высота опор должна дополнительно учитывать насыпь дороги и провисание линии.
По данным источника, знакомого с ходом работ, раньше в УПСР для таких целей использовали деревянные вешки. Однако на фото с места происшествия видна временная опора, она металлическая.
«Сначала необходимо положить вешку вдоль обочины, только потом поднимать. Нужно быть внимательным и не раскачивать вешку, чтобы не задеть ЛЭП», — рассказал «Флагштоку» собеседник.
По данным источника, один из погибших сотрудников — мужчина 43 лет, ранее работал в лесном хозяйстве. Второму было 25 лет, третьему, вероятно, умершему в больнице, — всего 22. По информации собеседника, все трое были приняты на работу в УПСР лишь за несколько месяцев до трагедии.
В нормальной практике бригады, занимающиеся прокладкой геофизического кабеля, комплектуются преимущественно опытными рабочими. В этом случае непонятно, кто именно руководил бригадой на месте. Главы бригады нет среди пострадавших. Возникает вопрос — находился ли он рядом в момент выполнения работ или неопытные сотрудники вкапывали опору сами, осознавало ли руководство управления повышение риска при работе возле ЛЭП при переходе на временные металлические опоры геофизического кабеля.
По словам собеседника, на его памяти никогда не было настолько серьезного инцидента:
«Да, можно задеть себя лопатой или топором. Можно легко подвернуть ногу в лесу. Мне рассказывали, что когда-то погиб водитель автоцистерны, но это было лет 20−30 назад, а может, и еще больше. Еще был случай — на взрывника водовозкой наехали. Пострадал довольно серьезно: раздробило таз, было много переломов, травма легкого. Водитель проехал по телу туда и обратно, он частично признал вину, ему дали штраф».
Главное — кадры?
Проблемы с кадрами в УПСР начались не вчера. После 2020 года из управления уволили или не продлили контракты с десятками специалистов. В базе осужденных по «политическим» делам находятся как минимум шесть сотрудников УПСР — четыре инженера и двое рабочих.
Как отметил источник, трое из них были операторами сейсморазведочной станции — это ключевая и одна из самых технически сложных должностей в полевых работах:
«Я бы сравнил их с авиадиспетчерами — они управляют десятком бригад по трем каналам связи, одновременно ведут регистрацию данных и управление взрывами».
Под репрессии попал сотрудник производственно-технического отдела, осудили инженера в группе контроля качества, еще один уволился. Из «Белоруснефти» ушли как минимум два супервайзера сейсморазведочных работ: геофизик уехал в Польшу, геодезист — в США после выигрыша грин-карты. Один из осужденных — сын одного из самых опытных рабочих, который также был вынужден покинуть управление.
«Несколько уволенных ребят были инженерами-геофизиками или техниками-геофизиками как раз из полевых бригад. То есть теми, кто занимался работой по прокладке сейсморазведочного кабеля», — добавил собеседник.
По приблизительным оценкам, общие потери УПСР после 2020 года составили не менее 25−30 инженеров и рабочих, что может достигать 10−15% от списочного состава. Для технически узкого и замкнутого подразделения такие масштабы значат не просто «текучку».
Именно в сейсмопартии УПСР больше всего уволили инженеров и работников.
На фоне чисток в управлении руководство также сменилось. Главный инженер сегодня прошел путь из буро-взрывного отряда, начальник управления пришел до начала протестов, но он первый в истории УПСР, не имеющий сейсморазведочного опыта. В руководстве сейсмопартии и производственно-техническом отделе работают люди с геодезическим образованием, а не геофизики. По словам собеседника, «поднялись по должностям толковые ребята, но они не геофизики, что довольно странно, если помнить, что это сейсморазведочное управление»:
«Ощущение, что чаще при назначениях важна не профильная квалификация, а „идеологическая чистота“. С 2020 года управление не имеет опыта в международных контрактах, которые также служили источниками профессионального роста сотрудников».