В конце декабря или в начале нового года все обычно подводят итоги прошлого. Социолог Геннадий Коршунов рассуждает об особенностях именно декабря — с точки зрения отношений режима и власти. Декабрь 2022 года был богат на различные события и явления, которые можно объяснить тремя главными тенденциями.
Геннадий Коршунов
Кандидат социологических наук, доцент. Много лет работал в Академии наук Беларуси. С 2018 по 2020 год был директором Института социологии НАН. Сейчас ведущий исследователь ЦНИ, ведет телеграм-канал «Што думаюць беларусы».
Уничтожение белорусского
Режим Лукашенко всегда был врагом белорусского, под разрешенной «беларушчынай» имея в виду почти исключительно что-то музейно-деревенское вроде кастрированного «праздника» «Дожинок» или скансена в Озерце. Варианты включения чего-то белорусского в современное урбанистическое пространство или актуальный культурный процесс были возможны только в формате гетто. Но хотя это было возможно. Раньше. Сейчас уже нет. Сейчас режим функционирует в «советском» формате борьбы как с соцдемовщиной, так и с нацменами. Причем нацменами сейчас в Беларуси считаются не только литовцы и поляки, чьи школы закрываются, а кладбища уничтожаются. Нацменами стали и те, кто разговаривает или читает на белорусском языке, создает белорусскую музыку или продает белорусские сувениры в частных магазинах.
За последние два года почти все организации и институты, которые создавали белорусское, были вытеснены за границу, ликвидированы или уничтожены. Теперь дочищаются последние. Главный пример декабря — требование Минюста ликвидировать «Беларускае добраахвотнае таварыства аховы помнікаў гісторыі і культуры». Причем после уничтожения таких организаций доходит и до результатов их деятельности. В декабре жертвами такого внимания режима стали «вредительские» белорусские книги. Если раньше только отдельные из них заносили в список экстремистских материалов, то в этом месяце с подачи госпропагандиста Гигина из продажи начали изымать целые стопки — от запрещенных и уничтоженных издательств «Лимариус», «Кнігазбор» и «Янушкевич», а вдобавок еще и книги серии «Бібліятэка Бацькаўшчыны».
Продвижение «русскомирства»
Единственное, что разрешается — советская история и русская культура или, правильнее, «русский мир». Последний продвигается не только через информационное пространство, но и через действия как отдельных одиозных персон, так и через специальные организации вроде «Русских домов». Если говорим о персонах, то можно упомянуть презентацию в Минске своей книги о русском мире бывшим полковником ГРУ Квачковым. Если речь идет об организациях, то это как официальные посольства России (кстати, дополнительное генконсульство РФ открылось в Гродно), так и полугосударственные вроде «Русских домов». О них рассказывала Медиазона. Приведу лишь один из последних примеров: гомельских детей заставили писать письма на фронт российским военным. Вроде благодарности «нашим» защитникам.
По крайней мере, с задачей привлечения русскомирства в Беларусь или вовлечения Беларуси в «русский мир» белорусские власти и сами хорошо справляются. Тренд декабря — защита «традиционных» ценностей. Пока — только пока — речь идет о «защите» традиций, семейных ценностей и православия, но закладывается база под очень опасный нарратив. И говорят об этом не последние люди во властной вертикали — руководитель «Белой Руси» и член Совета Республики Олег Романов и председатель Совета Республики Наталья Кочанова. Причем последняя честно говорит, что это российский путь и нам надо по нему идти.
Создание базы для провластного гражданского общества
«Правильное» гражданское общество и общая государственная идеология — несбывшиеся мечты режима, сопровождающие власть Лукашенко уже которое десятилетие. Если раньше достижение этих мечтаний было в основном декларативным, то после начала уничтожения настоящего гражданского общества, стартовавшего в прошлом году, эти процессы начали развиваться гораздо быстрее.
Во-первых, как пишут авторы «Белорусского трекера перемен», с лета происходит подъем и «нормализация» практик активистов режима. Это и штатные пропагандисты, и добровольные активисты на местах, по доносам которых закрывают бары и выставки, а также увольняют людей с работы. Примеры декабря — увольнения в Национальном художественном музее (были уволены 18 человек), требование уничтожить фреску «Чудо на Висле» в костеле на Гродненщине и чуть ранее запрет Хэллоуина.
Второе — усилия как-то заменить то гражданское общество, которое было уничтожено. Так, по крайней мере еще зимой были разговоры о том, что какие-то функции мог бы взять на себя БРСМ. Летом анонсировали создание Национального фонда имени Лукашенко, который аккумулировал бы ресурсы на благотворительные цели. А осенью было объявлено о создании благотворительного фонда имени польского дезертира Эмиля Чечко. В декабре значительных сдвигов по этому направлению не было, зато многое происходило в правовом русле.
Третье направление — разработка нормативно-правовой базы для деятельности гражданского общества. Если раньше режим обходился точечными воздействиями вроде регуляции деятельности экскурсоводов или волонтерства, то в декабре был сделан первый шаг к утверждению более широкой базы — депутаты приняли в первом чтении законы о Всебелорусском собрании и основах гражданского общества. Если не углубляться в подробности того и другого, то вывод прост: любая гражданская деятельность (хоть партий, хоть профсоюзов, хоть чего), если хочет быть легальной, должна подчиняться государству. И точка.
Вывод: действующий режим считает национально-белорусское враждебным, единственная его идеологическая опора — советско-российский нарратив. И все это сейчас закрепляется юридически.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.