Десантник-орденоносец Олег Ляшенко с женой Мариной и целым выводком спасенных собак живут в половине «сдвоенного» дома в Ольховцах под Ляховичами. Переехали сюда из Минска вынужденно — из-за хронических болезней женщины. Вместе они выживают на 650 рублей в месяц. Своей историей ветеран-«афганец» поделился с газетой «Свободные новости плюс».
За время афганской кампании в Беларуси всего двое рядовых стали кавалерами ордена Красного Знамени (выше по рангу лишь Звезда Героя, ордена Ленина и Октябрьской революции). В живых сейчас только Олег Ляшенко.
В госпиталях и реабилитационных центрах «интернационалист» провел намного дольше, чем воевал: два десятка операций за три года. Из Афганистана его доставили в буквальном смысле в «разобранном» состоянии. 9 марта 1983 года расчет БМД подорвался на фугасе недалеко от Кабула. Из семи человек пятерых разорвало на куски. Олега Ляшенко сначала уложили вместе с убитыми, но потом врач чудом нащупал пульс.
— Голова расколота на две половины; вырвано глазное яблоко; одна рука прострелена, на другой — болтаются пальцы; в нескольких местах переломана нога; осколки — по всему телу, — вспоминает свое состояние Олег Лещенко.
В реанимационном отделении кабульского госпиталя по-быстрому выбрали черепные кости, чтобы не повредили мозг, составили раздробленную руку, закрепили ногу, затем санитарным самолетом перебросили в Ташкент, а уже оттуда через Оренбург и Москву доставили в Минск. Так начался бесконечно-болезненный марафон лечения и восстановления.
Прошло почти 40 лет, а последствия войны на лицо: марлевый пластырь вместо глаза, титановая пластину по ту сторону лба, несгибаемая рука, пришитые пальцы, пожизненная хромота.
— С 1985 года я имею пожизненную ІІ группу инвалидности. С такими увечьями трудоустроиться практически невозможно, — рассказывает он. — А поскольку рабочий стаж слесаря-ремонтника у меня всего 2,5 месяца (больше до армии не успел физически, а после — тем более), получаю так называемую социальную пенсию. Ее точный размер даже не знаю, потому что к ней, как я называю, добавляются «кровавые» — доплата за ранения. Общая сумма на этот момент 650 рублей. Вот на эти деньги нам с Мариной нужно продержаться месяц.
У жены Олега тяжелая форма астмы, поэтому работать она не может. А поскольку пенсионный возраст для нее наступит только в следующем году, затягивать пояса приходится уже через пару дней после получения «кровавых» мужа.
— Арифметика семейного бюджета предельно прозрачная — полный минус, — вздыхает Олег. — В середине месяца переводят 650 «рэ» на карточку, и я сразу прошу Надю-почтальоншу оплатить коммунальные услуги и три моих долгосрочных кредита. Это практически третья часть пенсии. Потом делаем в «е-доставке» заказ на продукты, чтобы до следующего раза заполнить холодильник, и бытовую химию. Тоже где-то под 200 рублей. Наконец, Марина выбирается в Ляховичи, чтобы наполнить очередной мешок лекарств. В лучшем случае остается 100−150 рублей на все про все.
Особенно тяжело сводить «дебет с кредитом» зимой, когда даже дрова приходится покупать в рассрочку, не скрывает обиды ветеран-«афганец».
— Чтобы не замерзнуть, в идеале на отопительный сезон нужно три машины дров, почти 15 кубов. Ну и желательно 6 тонн брикета, хотя финансово не складывается — или одно, или другое. Кстати, в прошлом году узнал, что, оказывается, у меня льгота! До этого в сельсовете никто даже не заикнулся, хотя должны иметь данные на всех жителей. Случайно в гортопе от меня же «узнали», что я инвалид ІІ группы. В итоге привезли торф за 140 рублей и потом 40 вернули. А дрова у частника брал в кредит — 250 рублей за машину, по полтиннику каждый месяц возвращаю. А в этот раз не получилось, купили у государства — короткие, сырые, ни в котле не горят, ни в печке, — рассказывает Олег.
По словам «афганца», власти о нем вспоминают раз в год — в День памяти воинов-интернационалистов от имени районного отделения воинов-«афганцев» ему выписывают одну базовую величину (32 рубля) в качестве материальной помощи. В доковидные времена еще организовывали концерт с патриотическими песнями.
— Я в последнее время на те «торжества» даже не появляюсь. Последний раз были с Мариной четыре года назад. Тогда надел китель с наградами, камуфляжные брюки, надраил берцы. Встретились на окраине Ляховичей возле памятника БМД, которая никому не нужна, растягивается на запчасти и превращается в металлолом. Потом был клуб с песнями про «Беларусь родную». Наконец переместились в военкомат, где сделали перекличку и получили свои 20 рублей к «кровавым», — заключает Олег.