Бывший политзаключенный Артем Задруцкий, который до задержания работал звукорежиссером, отсидел в беларусских тюрьмах и колониях три года и после выхода на свободу уехал из страны. Cейчас он устраивает свою жизнь в Польше: занимается документами и восстанавливается после колонии. Свою историю беларус рассказал «Настоящему времени».
Задруцкого задержали в Бресте за комментарии об IT-специалисте Андрее Зельцере. Он расстрелял из охотничьего ружья ворвавшихся к нему в квартиру в Минске сотрудников КГБ Беларуси и был убит ответным огнем:
«Я сказал, что в такой ситуации, как поступили сотрудники, они поступили как каратели. Они прицепились к словам „как каратели“, — объясняет Артем суть своего дела. — Хотя это слово есть в словаре Даля, Ожегова, во всех словарях — это просто производное от слова „кара“. Оно даже используется в Уголовном кодексе».
За слова «каратели» в адрес сотрудников КГБ Артема обвинили в оскорблении представителя власти, разжигании социальной вражды, а заодно в организации и подготовке действий, грубо нарушающих общественный порядок. Его отправили сначала в спецприемник на Окрестина в Минске, потом перевели в тюрьму в Жодино, а затем в изолятор в Минске и в колонию № 1 в Новополоцке. Она известна как одна из самых жестоких в Беларуси: там сейчас находятся Виктор Бабарико, журналисты Игорь Лосик, Андрей Почобут и десятки других политзаключенных.
Везде в этих тюрьмах, по словам Артема, беларусским политзаключенным создавали особые, невыносимые условия заключения. Особенно отличались сотрудники новополоцкой колонии.
«Для политических там фактически созданы отдельные условия, — рассказывает он. — Идет науськивание на них остальных. Отношение приблизительно как в концлагерях: вот как описывают их все — вот примерно так же. Ты находишься в специально более жестких условиях, чем остальные заключенные. К тебе больше надзора, к тебе больше придирок, больше „отдельных мер воздействия“».
Среди этих «особых мер» — лишение передач и звонков, отказ в медицинской помощи, плохое питание, регулярная отправка в ШИЗО и избиения.
«Я попадал дважды в ШИЗО, — рассказывает Артем. — В ШИЗО к людям, которые проявляют какую-то волю по отношению к администрации, занимают более жесткую позицию в плане риторики или полемики, применяются физические меры воздействия. Я слышал, как людей избивали, и не раз».
Известных беларусских политзаключенных, рассказывает Артем, администрация старается максимально изолировать от других осужденных. Несмотря на это, за время своего заключения мужчина смог поговорить с журналистом Андреем Почобутом.
«Он исхудал, бледен, но держался стоически, — рассказывает об этой встрече Задруцкий. — Я уверен, что при всех его моральных позициях, как многие сейчас говорят, что он не хочет покидать Беларусь исключительно из-за того, что у него такая моральная позиция, я думаю, что вряд ли это так. В тех условиях, в которых он находится в Новополоцке, я уверен, что человек никогда не хочет умереть в тюрьме».
Также, по словам мужчины, администрация специально организовала систему питания в тюрьмах и колониях так, что заключенные регулярно недоедают. Сам он за время отбывания наказания похудел до 55 кг.
«Еда объективно плохая: порция — две ложки каши, — рассказывает Артем. — Эту еду есть практически нереально, потому что она приготовлена ужасно, она всегда холодная. Суп — это, как правило, вода с куском плавающей капусты».
«Все очень сильно худеют. Если посмотреть на пропагандистские интервью, которые дают по беларусскому телевидению, ты видишь реально осунувшиеся лица — исключительно из-за того, что там невозможно выжить, — подчеркивает Артем. — Там не хватает ни витаминов, ни нормального питания».
До задержания Задруцкий работал звукорежиссером, но затем ушел в сферу IT. Вернуться к работе звукорежиссера он вряд ли сможет: в заключении у его возникло воспаление, и из-за несвоевременного лечения Артем потерял слух на одно ухо.
В Польше Артем уже полгода: занимается легализацией, учит язык. О том, какой запомнил Беларусь, он отвечает так: «В плане внутреннего ощущения — это общий страх. Страх у людей, которые там живут. В большинстве своем, конечно, чувствуется атмосфера пустынности и страха. Минск на самом деле стал пустым».
По мнению Артема, перемены в Беларуси возможны только общими усилиями. И добавляет, что, несмотря на давление, нужно продолжать рассказывать, как власти относятся в тюрьмах и колониях к политзаключенным, которые выступают против режима.
