IT-специалист Андрей прожил в Польше девять месяцев, инженер Игорь — около двух лет. Оба вернулись в Беларусь. Что не сложилось в эмиграции? Страшно ли было ехать в Беларусь? И как им сейчас живется на родине? Об этом мужчины рассказали Deutsche Welle.
«Жить в страхе — плохое решение»
IT-специалист Андрей (имя изменено. — Ред.) прожил в Польше девять месяцев. По словам собеседника, и он, и семья довольно быстро освоились в новой стране, но после того как мужчина потерял работу, решили вернуться в Беларусь.
«Решение было сложное, потому что обосновались, словили направление и достаточно социализировались. Поворотным моментом стало увольнение», — рассказывает Андрей.
Мужчина отмечает, что у них был выбор: оставаться ради «чего-то» и потратить все сбережения за время, пока он будет искать новую работу, либо вернуться, сохранить заработанные средства и вложить их в покупку квартиры в Беларуси.
«В целом перспективы трудоустройства были призрачны, потому что я и мои коллеги и без того с огромным трудом нашли работу, а на чужом рынке конкурировать сложнее», — говорит мужчина.
Также, по его словам, новое польское правительство обещало расследовать получение беларусами виз, усложнить возможности для легализации и получения ипотеки.
«Ни Польша, ни ЕС нас сильно не впечатлили. Вернулись с семьей — родные обрадовались, — отмечает Андрей. — Живется лучше, чем в Польше. Беларусь меня полностью устраивает во всех аспектах, кроме политического. На данный момент не вижу смысла эмигрировать куда-либо».
Мужчина говорит, что не опасается за свою свободу, «как будет — так будет», а жить в страхе, по его словам, «плохое решение».
«Думал, что война может перенестись на нас»
Инженер Игорь (имя изменено. — Ред.) уехал в Польшу весной 2022 года. К тому моменту там уже находилась его девушка, мужчина давно планировал поездку к ней, но из-за начала войны в Украине переезд пришлось ускорить.
«Думал, что война может перенестись на нас», — признается собеседник.
Беларус жил и работал в Польше. В бытовом плане, по его словам, все было хорошо, «быстро привык, комфортно себя чувствовал», потому что «менталитет очень близок». А вот с работой было «намного сложнее».
«В Беларуси я работал инженером, грубо говоря, носил галстук, а приехав туда, пошел на завод (рабочим. — Ред.). Подъем в 4 утра, ложишься в 8 вечера, чтоб как-то выспаться, еще говорили работать по выходным», — рассказывает беларус. Какое-то время Игорь работал на производстве яхт, где приходилось по 12 часов проводить в противогазе и костюме химзащиты.
После беларус устроился дальнобойщиком, ездил, в основном, по Германии. Вначале работа ему нравилась: была и неплохая зарплата, и возможность путешествовать. Но после восьми месяцев маршруты начали повторяться, стало тяжело все время проводить в машине.
«Я понимал, что если я уволюсь, то поехать в Польшу и пойти на завод, на склад — так себе решение, меня не сильно привлекали такие условия работы», — рассказывает мужчина.
«Надо быть активистом, чтобы к тебе пришли»
Игорь решил вернуться в Беларусь. Собеседник признается, что при пересечении границы «был страх, что [силовики] возьмут телефон — и там что-то будет», но в итоге к нему не было никаких вопросов.
На родине беларус довольно быстро нашел работу в иностранной IT-компании. В Польше или Германии в этой сфере он устроиться не мог из-за высокой конкуренции и недостаточного опыта, также не хватало знаний польского или английского.
В Беларуси, по словам Игоря, зарплата у IT-специалистов значительно ниже, чем в Европе, но жить на нее можно довольно комфортно: нет расходов на аренду жилья, продукты дешевле.
Мужчина говорит, что за время его эмиграции в Беларуси «мало что поменялось» и он «ничего плохого здесь не увидел». Что касается репрессий в отношении оппонентов власти, то, по мнению Игоря, «надо быть активистом, чтобы к тебе пришли».
«Задержали кого-то, все сначала в шоке. Но по итогу, когда начинают разбираться: он делал фотографии, выкладывал что-то в Instagram. Я не говорю, что он это не может делать. Просто он вел какую-то активную деятельность против власти, — рассуждает собеседник. — У меня нет нигде фотографий, я нигде не оставлял комментариев. Поэтому я понимал, что в целом я чист, хотя я и ходил на митинги, и родители мои ходили».
Игорь говорит, что сейчас главное настроение в беларусском обществе — «лишь бы не было войны». По его словам, это единственное, чего очень боятся люди.
Мужчина признается, что хотел бы попутешествовать по миру, но еще раз решится на эмиграцию, только если начнется война:
«Если я хотел бы создать семью, воспитывать детей, хотелось бы, чтобы они видели дедушек-бабушек. Конечно, если начнется война, я буду принимать попытки, чтобы уехать, потому что воевать не хочется».