Дни, предшествующие персидскому Новому году — празднику Навруз, — иранцы обычно проводят в приятных хлопотах. «Мы занимаемся подготовкой к празднику… убираемся дома, покупаем новую одежду, сладости и угощение», — рассказывает Мина, женщина лет пятидесяти из Дамаванда, горной местности к северо-востоку от Тегерана.
Но в этом году все будет иначе, говорит она со слезами на глазах. О нынешнем празднике Навруз со ссылкой на Персидскую службу рассказывает Русская служба Би-би-си.
Имена изменены из соображений безопасности.
«В этом году каждый день кажется таким долгим. Я как будто потеряла ощущение времени», — говорит Мина.
Навруз, что переводится как «новый день», — это традиционный праздник в честь весеннего равноденствия. Люди отмечают начало весны, пробуждение природы и начало нового года в Иране и других странах. История этого праздника насчитывает более 3000 лет, что делает его одним из старейших в мире.
В этом году он приходится на 20 марта, а следующий день знаменует начало иранского Нового года.
Но в 2026 году Навруз станет еще и первым праздником, который многие жители Ирана будут встречать в условиях войны. США и Израиль начали войну против Ирана 28 февраля, и с тех пор Иран регулярно подвергается бомбардировкам.
Базирующаяся в США правозащитная организация «Правозащитники в Иране» сообщает, что в Иране за время войны погибло 3114 человек, в том числе 1354 мирных жителя, из которых не менее 207 — дети.
В ответ Тегеран начал атаки на Израиль и союзные США государства в Персидском заливе.
Сын Мины, Амир, который переехал из Тегерана в Дамаванд со своей семьей, говорит, что этот Навруз ощущается совсем не так, как прежде.
«Люди теряют работу из-за войны. Больше всего меня беспокоит инфраструктура нашей страны, — говорит он. — При таких темпах от Ирана может ничего не остаться. Я не хочу, чтобы это был наш последний Навруз».
В последний раз иранцы отмечали Навруз во время войны в 1980-х годах, во время восьмилетнего конфликта с Ираком.
Для иранцев Навруз олицетворяет их историю, традиции и национальный характер. Персы, парсы, курды, армяне, азербайджанцы, таджики, казахи, узбеки и представители других культур отмечают этот праздник. У каждого народа есть свои связанные с ним традиции.
Одна из них — генеральная уборка дома накануне праздника, чтобы избавиться от невзгод прошлого года и приветствовать начало нового года.
«Когда наступит новый год, я не знаю, будет ли объявление о празднике по телевизору смешиваться с шумом ракет и беспилотников за окном. Но я очень надеюсь, что нет», — говорит Мина.
Во время двухнедельных выходных по случаю Навруза семьи обычно навещают друг друга. Но в этом году некоторые жители Тегерана, уехавшие из города из-за обстрелов, не хотят возвращаться в столицу, которая подвергается самым массированным атакам.
«В этом году возможность ходить в гости очень ограничена. Мы сами оказались вынуждены покинуть Тегеран и переехать в более безопасное место, — говорит Мина. — Хотелось бы, чтобы все это стерлось из нашей памяти, как будто бы мы проснулись от кошмара».
В последние дни перед Наврузом рынки, магазины и торговые улицы по всему Ирану обычно полны покупателей. Но в этом году предпраздничного ажиотажа куда меньше, чем раньше.
«Раньше было намного проще найти все необходимое для Навруза. Теперь же, куда бы ты ни пошел, всегда боишься попасть под авиаудар», — говорит Пармис, девушка лет двадцати, живущая в Тегеране.
Тем не менее 17 марта Пармис все же отправилась сделать маникюр. В это время в салонах красоты обычно много посетителей, так как люди к Наврузу хотят выглядеть как можно лучше.
«Мне кажется, некоторые салоны красоты продолжают работать, несмотря ни на что. Я была в салоне, когда раздался громкий взрыв, и никто даже не вздрогнул», — говорит она.
Другая женщина, Марьям, говорит, что некоторые люди и теперь усердно готовятся к фестивалю и его главному событию — особенному праздничному столу Хафт Син. На столе должно быть семь (хафт) угощений, названия которых начинаются на пятнадцатую букву алфавита (син).
«Люди делали покупки для Хафт Син. Я видела цветы у уличных торговцев. Но атмосфера не такая, как в предыдущие годы, — рассказывает она. — В то же время это ежегодная традиция, и мы должны ее соблюдать. Я купила кое-что, а что-то у нас уже было дома. Я планирую накрыть Хафт Син завтра».
Между тем внутри страны есть и те, кто поддерживает продолжение войны даже во время праздника.
«Какой смысл в Наврузе? Если Исламская Республика останется у власти, нам придется жить в бесконечных лишениях. Навруз всегда есть, время приходит и уходит. На этот раз должна уйти Исламская Республика», — говорит Рамтин, мужчина лет тридцати из Тегерана.
Киан, тоже из Тегерана, говорит, что его мама «говорит, что она согласна даже на то, чтобы дом рухнул ей на голову, лишь бы это означало, что власть аятолл исчезнет».
«Я чувствую то же самое. Даже если это означает, что все будет в руинах, я все равно думаю, что Исламская Республика должна уйти. Нам нет дела до Навруза, у нас даже Хафт Син нет», — говорит Киан.
Навруз знаменует собой момент, когда холод зимы начинает отступать, уступая место бодрящему и полному надежды приходу весны. Люди загадывают желания, обычно о здоровье, счастье и новых начинаниях в новом году для себя и своих близких.
Ширин, женщина лет двадцати из Тегерана, говорит, что война, совпавшая с Наврузом, «заставляет меня чувствовать себя еще хуже».
«Некоторые магазины открыты, но атмосферы Навруза не чувствуешь», — сетует она.