По данным Киева, в Россию и Беларусь насильно вывезены многие тысячи украинцев. Двое из них рассказали DW, как они оказались на территории Беларуси и что с ними происходило.
Украинские власти заявляют о тысячах человек, насильно вывезенных в Россию и Беларусь.
«На сегодняшний день сотни тысяч украинцев были принудительно депортированы в страну-агрессор. По данным Национального информбюро, уже идентифицировано более 5600 детей, принудительно депортированных в Россию. Фактическая цифра больше», — сообщила замминистра внутренних дел Украины Екатерина Павличенко.
В марте в Беларусь вывезли несколько десятков украинцев из временно оккупированных Иванкова и Гостомеля. Галина Ганулич, оказавшаяся в их числе, называет это «добровольно-принудительной эвакуацией». Украинский волонтер Владимир Хропун в марте попал в плен, в российское СИЗО его везли через Беларусь.
«Говорили, что городок сровняют с землей»
Галина Ганулич жила в военном городке под Гостомелем (Киевская область). По словам 63-летней женщины, большинство его населения — семьи отставных военных. Бомбить окрестности начали в первый день войны, потом городок заняли «кадыровцы». Три недели Ганулич провела в подвале.
«Многие жители городка уехали. У меня четыре кошки, собака, я не могла. К тому же это моя земля, мой дом — куда мне бежать? — рассказывает Галина. — Потом пришли „кадыровцы“. Сидя в подвале, мы слышали, как в наших квартирах выбивают двери. На следующее утро они спустились к нам, переписали нас, забрали телефоны. Говорили, что людей старшего возраста „не обижают“. Они не пили, не курили, к нам действительно относились лояльно».
Вскоре дом Галины сгорел, людям пришлось перебраться в подвал соседнего общежития. Там из-за отсутствия лекарств умерла знакомая женщины.
Через пару недель после начала войны, говорит Галина, на смену «кадыровцам» пришли «русские». Галина добавляет, что всего в оккупации умерли четыре пожилые женщины, был убит молодой человек с психическим заболеванием, четырех местных мужчин взяли в плен, один из них вернулся. К тому времени городок обстреливали практически постоянно.
«Можно было выйти, постоять пять минут около подвала, потом бегом обратно. Русские говорили, что будут ровнять городок с землей, что здесь не будет ни одного дома. Видя, как горят и рушатся здания, я понимала: к этому идет, надо уходить», — вспоминает Галина Ганулич.
Добровольно-принудительная эвакуация
Она согласилась выехать в Беларусь, но, по ее словам, это была добровольно-принудительная эвакуация: «Если бы была возможность уйти на украинскую сторону, все бы с радостью это сделали. Я не собиралась ехать в Беларусь, боялась, что оттуда нас не выпустят».
Женщина вспоминает, что их довезли до границы, потом переправили через реку. В каком населенном пункте они оказались, Галина не знает.
«Там стояли палатки. Нас высадили, проверили документы, один из белорусских военных зачем-то сфотографировал наши паспорта. В этой обстановке человек становится очень зависимым, ничего не решает, — отмечает беженка. — Потом нас напоили чаем, я смогла позвонить детям, сказать, что я жива».
Украинцев, по словам Галины, встречали представители Белорусского Красного Креста, беженцев поселили в санаторий «Ченки» в Гомельском районе.
«Условия были хорошие. Трехразовое питание, душ в номере, но самое главное — не было взрывов. Думаю, что белорусы очень сочувствуют украинцам, они приносили вещи, еду, корм животным, — рассказывает женщина. — Нам предлагали остаться в Беларуси, работу в сельской местности. Говорили, что, возможно, Польша закроет границу».
Но Галина решила уехать: сначала — в Польшу, а потом — к дочери в Бразилию.
Украинского волонтера держали в ангаре в Наровле
Волонтера Красного Креста Владимира Хропуна российские военные задержали 19 марта недалеко от Киева. «Мы вывозили людей в безопасные места. На одном из блокпостов меня задержали, потому что я рассказал русским правду о том, что они делают. Им, наверное, это не понравилось», — вспоминает Владимир.
На шесть суток его закинули в подвал без окон. По его словам, пленные спали на бетонном полу, их избивали и унижали, еду давали раз в день. Затем Владимира перевезли в Гостомель, оттуда — в Беларусь. По словам волонтера, он оказался в Наровле Гомельской области.
«Там был большой аэродром, много вертолетов. Нас поселили то ли в ангар, то ли в какой-то колхозный склад, загнали человек 30−40 примерно, — вспоминает Владимир. — В помещении были установлены лежаки. Нас туда доставили после обеда, ближе к вечеру начали оформлять (выдавали „удостоверения личности“, в которых было написано, что пленные „оказывали противодействие специальной военной операции“). В Беларуси я пробыл меньше суток, оттуда этапировали в Россию, в Новозыбков Брянской области».
До 7 апреля волонтер пробыл в российском СИЗО, где пленных подвергали пыткам и избиениям, потом его этапировали в Крым, где через пару дней состоялся обмен военнопленными, нескольких гражданских, в том числе и Владимира, освободили, как он сам это называет, «бонусом».
В российском плену Хропун познакомился с россиянином с московской пропиской и белорусом.
«Они были из Ирпеня или Бучи, нас объединили в Наровле. Их не освободили, что с ним стало дальше, не знаю», — говорит Владимир.
