Наемники ЧВК Вагнера, взятые в плен в Украине, рассказали журналисту CNN почему решили пойти воевать, о порядках в ЧВК и больших потерях среди завербовавшихся зэков.
Сообщается, что мужчины попали в плен в конце прошлого года. CNN отмечает, что их фамилии не называет в целях безопасности. Один из них отбывал 20-летний срок за непреднамеренное убийство. Вербовать в их колонию прилетал лично Пригожин.
«Пригожин нас обманул»
— В моем подразделении только единицы пришли за деньгами, большинство пришли потому, что имели длительные сроки. Но были и такие, у кого оставалось всего 12 суток, и они все равно ушли, — говорит один из пленных вагнеровцев.
Сам он, говорит, решил пойти воевать, потому что «просто хотел начать новую жизнь» и решил, что «шесть месяцев (после полугода „службы“ в ЧВК экс-заключенный получает помилование. — Прим. ред.) лучше, чем 10 или 11 лет, которые мог бы провести в тюрьме».
Мужчина утверждает, что из его колонии забрали почти всех.
— Пригожин сказал, что у него есть полномочия от вышестоящих органов забрать из тюрьмы кого угодно, независимо от преступлений или срока заключения. Идеальные кандидаты — убийцы, грабители.
Затем их привезли на полигон в Ростовской области, где научили обращаться с оружием.
Пленники утверждают, что Пригожин их обманул: обещал, что они будут держать оборону на второй линии, обещал снятие судимостей и деньги, но ничего не сказал об опасности.
— Мы думали, что будем сражаться с поляками и разными наемниками, немцами. Мы не думали, что там кто-то остался в украинской армии. Мы думали, что они покинули страну, — сказал один из них. Он добавляет, что «никто особо не думал, что ВСУ действительно будут воевать за свою страну, за своих близких. Мы узнали об этом только после того, как вошли туда».
По словам заключенных, попасть в плен было почти облегчением.
Один сказал, что он и его раненый товарищ были единственными выжившими в их группе, оказавшейся «между двумя украинскими минометами и снайпером».
— Командование приказало мне окопаться на своей позиции, поэтому я окопался, ожидая эвакуации. Прислали одну группу из десяти человек, и снайпер уничтожил всех десятерых, — рассказал он.
За отступление без приказа расстреливали
Происходившее с ними в Украине вагнеровцы сравнивают с событиями Первой мировой войны.
— Нас было 90 человек. 60 человек погибли в том первом штурме, были убиты минометным огнем. Несколько человек остались ранеными, — говорит один из них, вспоминая свой первый штурм под Белогоровкой. — Если одна группа терпит неудачу, сразу отправляется другая. Если второй не удается, они отправляют следующую группу.
Второй пленный в течение пяти дней участвовал в штурме Лисичанска. Он говорит, что их группа шла через лес и из десяти человек на минах подорвались семеро.
— Вы не можете помочь раненым. Украинцы сильно стреляли по нам, так что даже если их ранения были незначительными, ты должен идти дальше, иначе ты сам попадешь под огонь.
Мужчина говорит, что в течение всех этих дней рядом с ним умирали раненые, кто-то молился, кто-то просил воды.
— Вы думаете, что можете наконец опустить оружие, ничего больше не произойдет. А потом через десять минут снова начинается бой, и [украинцы] все идут за тобой. Просто волна за волной.
По его словам, под Лисичанск первоначально привезли около 400 вагнеровцев, потом привозили еще и еще. Раненых никто не эвакуировал.
— Если ты ранен, то сначала сам откатишься, как сможешь, куда-нибудь на нейтральную территорию, где нет огня, а если рядом никого нет, то окажешь себе первую помощь, — сказал он.
По словам мужчин, жертвы исчислялись десятками. У них появился только один инстинкт — «выжить, чего бы это ни стоило».
Рассказывают, что за отступление без приказа грозила смерть.
— Один человек остался на позиции, он очень испугался, это был его первый штурм. Мы получили приказ бежать вперед. Но мужчина спрятался под деревом и отказался. Об этом доложили командованию и все. Его отвели на 50 метров от базы. Он копал себе могилу, а потом был расстрелян.
— Нашему командиру сказали, что если кто-то будет колебаться, его нужно ликвидировать. И если бы мы не смогли его устранить, мы были бы устранены за то, что этого не сделали, — рассказал второй пленный.
Сколько именно заключенных воюют в ЧВК Вагнера, неизвестно. По данным США, именно заключенные составляют значительную часть отрядов Пригожина и 40 из 50 тысяч воюющих в Украине наемников — осужденные, завербованные из российских колоний. Примерно такую же оценку давала глава фонда «Русь сидящая» Ольга Романова, по словам которой «на конец декабря были завербованы 42−43 тысячи» заключенных.
К началу февраля «Медиазона» смогла подтвердить гибель 567 завербованных заключенных — это только публичные сообщения о смерти с именами и другими данными, которые позволяют идентифицировать погибшего как попавшего в ЧВК Вагнера осужденного.