Война в Украине перешла в решающую стадию, считают некоторые аналитики. США разрешили Украине удары дальнобойными американскими ракетами по целям на территории РФ, Путин заявил об использовании нового оружия. Как новый этап в войне может отразиться на Беларуси, которую Россия включила в свою ядерную доктрину и куда регулярно залетают «Шахеды»? Об этом Deutsche Welle спросила военных экспертов из Австрии, Германии и Польши.
Ситуация в регионе не вышла из-под контроля
Полковник, офицер службы Генштаба австрийской армии, глава одного из отделов Военной академии в Вене и военный историк Маркус Райснер (Markus Reisner) в беседе с DW отмечает: за последнюю неделю действительно произошли некоторые шаги по эскалации.
«Но эти шаги все еще были сбалансированы, и таким образом эта эскалация пока не вышла из-под контроля», — считает он.
Говоря об обновленной российской ядерной доктрине, Райснер отмечает, что на Западе эта новость осталась без внимания, в отличие от запуска Россией новой баллистической ракеты и обрыва кабелей в Балтийском море.
Исследователь немецкого Фонда науки и политики Ливью Горовиц (Liviu Horovitz) полагает, что включение Беларуси в ядерную доктрину является ожидаемым следствием решения России разместить тактическое ядерное оружие в Беларуси.
«С одной стороны, эти действия обеспечивают дополнительный уровень уверенности в Минске, он должен обеспечить спокойствие беларусских властей, хотя сложно сказать, успокаивает ли это власти в действительности. С другой стороны, это также должно углубить двусторонние отношения между Минском и Москвой», — считает немецкий эксперт.
Есть ли в Беларуси российское ядерное оружие?
Включение Беларуси в российскую ядерную доктрину «давно назрело», считает польский военный аналитик, директор Rochan Consulting Конрад Музыка.
«У нас просто есть политическое подтверждение того, что Россия распространила свой ядерный зонтик на Беларусь. Но существенно это на ситуацию не влияет, учитывая, что еще ранее Россия заявила, что разместила в Беларуси свое ядерное оружие».
Тем не менее наличие ядерного оружия в Беларуси до сих пор вызывает сомнение у экспертов. Объединение бывших силовиков BYPOL 24 ноября выпустило расследование, в котором утверждается, что ядерного оружия в стране до сих пор нет. Кроме того, в июне 2024 года об отсутствии «убедительных визуальных доказательств» размещения ядерных боеголовок РФ в Беларуси заявляли эксперты SIPRI.
«Что мы знаем наверняка, так это то, что были определенные перемещения и модернизация в Беларуси в местах, где ранее хранились ракеты или артиллерийские снаряды. Эта модернизация были аналогична той, которую проводили россияне, когда они модернизировали собственные ядерные хранилища. Но привело ли это в итоге к размещению ядерных боеголовок в Беларуси, мне неизвестно, этого нет в открытых источников», — говорит Конрад Музыка.
Сегодняшние войны ведутся также и в информационной сфере, отмечает Маркус Райснер. «Каждая сторона пытается сделать так, чтобы ее нарратив доминировал. Россия пытается сбить с толку Запад, угрожая ему и утверждая, что в Беларуси или даже в Калининграде может быть ядерное оружие. Это то, что я называю „информационным бомбами“ — они используют эти месседжи, чтобы продвигать свою повестку».
Как новый этап в войне может отразиться на Беларуси?
Как ситуация в регионе может сейчас отразиться на Беларуси? Польский эксперт не ожидает российского вторжения в одну из стран НАТО, пока у США есть свои войска в Европе. Что касается Украины, то страна, по его оценке, сейчас не в состоянии эскалировать конфликт горизонтально.
«Беларусско-украинская граница заминирована и сильно укреплена. Беларусь в 2022 году поддержала вторжение России, но уровень поддержки сейчас снизился и в основном ограничивается поставкой артиллерийских боеприпасов, а также периодическими заходами „Шахедов“ в Беларусь. Кроме этого, ничего особенного не происходит», — отмечает Конрад Музыка.
Когда речь идет о сдерживании России, не нужно забывать, что Беларусь дает России теоретическую возможность приблизить свои системы вооружения максимально близко к Западной Европе, отмечает военный историк Райснер.
«Россияне постоянно указывают, что им нужен северо-восток Украины, чтобы избежать угроз Москве, ведь именно оттуда взлетают дроны, которые летят в Москву. То же самое и с Беларусью — ее близость к Европе может быть использовано как фактор угрозы», — полагает Райснер.
Что касается атак на саму Беларусь, а также непосредственного участие беларусских военных в конфликте, эксперты оценивают оба сценария как маловероятные. Беларусь может быть атакована только в качестве ответного удара после атаки России. «Если на территории Беларуси расположены российские системы оружия большой дальности, то в случае большей эскалации они могут стать целью для Запада. Но нужно понимать, что это может произойти только в случае ответного удара, то есть если первая атака будет со стороны России», — говорит австрийский эксперт.
Минск не играет важную роль в архитектуре безопасности
Включение Беларуси в ядерную доктрину России вряд ли сильно повлияет на отношение Запада к стране.
«Отношения Беларуси и Запада сейчас совсем не развиваются, и такой незначительный фактор не сможет сильно повлиять на них», — говорит немецкий эксперт Ливью Горовиц.
Конрад Музыка напоминает, что Беларусь рассматривается как младший партнер России:
«Если будет нужно что-то уладить, то западные страны будут говорить с Москвой, а не с Минском. Минск явно пытается позиционировать себя важным игроком в обсуждении войны в Украине, но я не думаю, что международное положение Беларуси настолько сильно, чтобы играть решающую роль в архитектуре безопасности Центральной и Восточной Европы».
Полковник Рейснер сравнивает сегодняшнюю ситуацию с шахматной партией между Россией и Западом: видны определенные шаги по эскалации, «которые, как мы надеемся, приведут в точку, где они перейдут от эскалации снова к деэскалации».
«Реакция Запада будет зависеть от того, будет ли Беларусь плечом к плечу с Россией сражаться против Запада — тогда страну будут считать просто марионеткой Кремля. Также важно, как далеко правительство Беларуси готово зайти в военной поддержке России. В любом случае надо понимать, что есть ограниченное количество мер, которые Запад может применить, когда дело доходит до стратегических решений», — говорит он.