Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Бегание с „акашкой“ без рожка — будет детский лепет». В Киеве ответили Лукашенко
  2. «Мы должны признать, что следующие пару десятилетий будем находиться в войне». Что на форуме в Санкт-Петербурге говорили о будущем РФ
  3. Политзаключенный передал из колонии письмо Лукашенко. Ответ последовал жесткий
  4. На пятницу объявили оранжевый уровень опасности
  5. Возможно, вы не знали, что с подарков от близких родственников не надо платить налог, но ситуация меняется, если речь о «тунеядцах»
  6. Дроны атаковали Санкт-Петербург перед началом экономического форума, на котором должен выступить Путин
  7. «Вясна»: По всей стране проходят обыски и допросы из-за связей с ЕГУ
  8. Вышел на свободу Алексей Хлестов. Он отбыл 14 суток за «мелкое хулиганство»
  9. «Обильная рвота фонтаном». В Threads пишут о массовом отравлении дошколят в разных городах — что случилось
  10. «Вясна»: Сотрудникам крупного предприятия пригрозили увольнением за отдых в «недружественных» странах, в список попала и Турция
  11. «Богатый человек должен работать на свою родину». Лукашенко встретился с олигархом, который в 2020-м выступил против насилия
  12. В столичном метрополитене нужны работники — счет вакансий идет на сотни. Какие кадры требуются и сколько им готовы платить
  13. Получивший политубежище в Беларуси американец вернулся в США — «Радыё Свабода»
Чытаць па-беларуску


/

В Главном управлении по борьбе с организованной преступностью и коррупцией МВД (ГУБОПиК) можно увидеть портрет Иосифа Сталина. Силовики считают, что при нем «все было не так плохо» и была хорошая экономика. Об этом в интервью проекту «жизнь-малина» Никиты Мелкозерова рассказала бывшая политзаключенная Наталья Дулина.

Преподавательница и экс-политзаключенная Наталья Дулина во время пресс-конференции Сергея Тихановского. Литва, Вильнюс, 22 июня 2025 года. Фото: Станислав Шабловский, "Зеркало"
Преподавательница и экс-политзаключенная Наталья Дулина во время пресс-конференции Сергея Тихановского. Литва, Вильнюс, 22 июня 2025 года. Фото: Станислав Шабловский, «Зеркало»

«Когда меня ГУБОП забрал, привел уже к себе в комнату, я увидела, что над столом этого опера висит портрет Сталина — ксерокопированный, наверное, фотография. И там же цитата: „Я думал, что демократия — это власть народа, но господин Рузвельт мне объяснил, что демократия — это власть американского народа“. Я ему ничего не сказала», — поделилась Дулина.

Данное высказывание, появившееся в XXI веке, никакого отношения к Сталину не имеет. Это очередная из множества цитат, приписанных ему уже после его смерти.

«Когда после одного из допросов следователь спрашивал, как ко мне относились в ГУБОПе, не били ли, я сказала, что нет — только унижали и хамили.

И говорю (нашла кому говорить): „Представляете, у него там висит это“. И он мне говорит: „Ну, при Сталине все было не так плохо“. Я говорю: „Он же убийца, у него руки в крови“. Он говорит: „Ну, зато экономика какая была“», — рассказала она.

Экс-преподавательница отметила, что для нее разговоры о хорошем СССР неприемлемы, она считает, что «мы должны перестать быть островком Советского Союза» — и люди, и власти.

Как считает российский исследователь Вадим Эрлихман, за 1923−1953 годы из-за сталинского террора погибли 230 тысяч жителей. По его оценкам, из них были казнены и убиты 60 тысяч, погибли в тюрьмах и лагерях 120 тысяч (последняя цифра входит в общее число людей, заключенных в тюрьмы и лагеря, — 600 тысяч), погибли в ссылке 50 тысяч (последняя цифра входит в общее число людей, высланных из республики, — 250 тысяч). Общее число репрессированных по этой графе — 910 тысяч.

По данным из провластных источников, за 1917−1953 годы в БССР было вынесено 35 868 расстрельных приговоров. В БССР было 11 мест захоронения расстрелянных: Куропаты под Минском, а также подобные места в Бобруйске, Борисове, Витебске, Гомеле, Могилеве, Мозыре, Орше, Полоцке, Слуцке и Червене.

Напомним, 60-летняя Дулина — одна из освобожденных 21 июня политических заключенных. Она бывшая доцентка кафедры итальянского языка МГЛУ. В 2023-м ее приговорили к 3,5 года заключения. До выхода из колонии женщине оставалось полгода.